Под Стругами Красными погибает уникальный храм, где мироточит святой образ Николая Чудотворца, оживают старые иконы, хранятся вековые письма от монахов из Афона и… отписки чиновников разных мастей.

Псков – Цапелька - Струги Красные, дальше дорога идет на Марьино… Отсюда - почти 30-километровая грейдерная дорога в сторону Творожковского монастыря.

Поля, леса, вокруг – ни души. Как и положено русской глубинке. До скромного указателя на дороге возле автобусной остановки мы добрались к 10 часам утра. Пару минут и… «КурьерЪ» уже на Гавриловой Горе, возле крыльца некогда роскошного деревянного храма. Колокольня, древнее заросшее кладбище вокруг. Из дома напротив к нам с улыбкой выбегает женщина в белоснежном платке.

- Вы к нам? Сейчас я вам открою. Батюшка вот-вот подойдет.

Галина, супруга отца Валерия, здешнего настоятеля, уже второй десяток лет - ангел-хранитель местных «богатств». Она и уборщица, и певица в храме, она же и самая верная прихожанка. На ее плечах – огород и скромное хозяйство: козы, куры. А тут еще сразу после Троицы птенца скворца приютила.


– Захожу в храм, слышу - пищит. На полу пушистый птенчик лежит. Видимо, с крыши упал. Мы его, конечно же, к себе взяли, из пипетки стали кормить. Наш Чики-Чики окреп, освоился. До сих пор улетать не хочет. День-другой покружит и обратно.

До переезда на Псковщину ни Галине Васильевне, ни отцу Валерию (как истинным жителям Северной столицы) вести свое хозяйство не приходилось.

- Бывает, в огороде что-нибудь посадим, а не взойдет, - с улыбкой рассказывает Галина. - Мы же ничего не знаем. Тут соседи даже помогать взялись. Хотя сами едва ходят…

Открывая маленький навесной замок на воротах, Галина кратко поведала нам о приходе, о том, что с каждым годом в округе остается все меньше и меньше людей.

- Это раньше тут по несколько тысяч прихожан было. А теперь… По пальцам сосчитать. Да и то в большие праздники.


И пяти минут не пошло, как из «дворца» напротив (так батюшка с матушкой шутя называют свой полуразвалившийся деревянный дом – обитель всех, кто когда-либо служил в этом храме) вышел отец Валерий.

- Проходите в храм. Здесь тихо и прохладно…

На лавках вдоль стены мы проговорили с батюшкой несколько часов. Казалось, обо всем. Узнали, что пришел в веру отец Валерий еще в детстве, когда мальчишкой-школьником бегал в местный храм у Летнего сада в Санкт-Петербурге. Потом была учеба в вузе, работа на железной дороге. Должность в юридическом отделе он без сожаления оставил и пришел в одну из церквей Санкт-Петербурга старостой. Проработал на благо храма, познакомился с истинно верующими людьми. Именно тогда ему и предложили ехать восстанавливать Творожковский монастырь, благословение на это он получил от самого старца Николая Гурьянова с Залита. Рукоположение в сан диакона прошло в Снетогорском монастыре, в Троицком соборе наш собеседник был рукоположен в сан священника.

- По дороге в Творожково меня привезли сюда, - вспоминает отец Валерий. – Храм был после ограбления. Вынесено почти все. По стенам - только забитые гвозди. Раньше на них иконы висели. Но благодать… необычайная! Я еще про себя подумал: «Эх, мне бы здесь послужить! Место намоленное, святое...» Подумал про себя и забыл. Отправился в Творожково.

В монастыре все делали своими руками. Разгребали тонны мусора и молились, молились... Состояние у монастыря было жуткое. С потолка кирпичи падали. Службу для безопасности прихожан служили здесь - в деревянной церкви Святителя и Чудотворца Николая – всего в нескольких километрах от монастыря. Потом батюшка и вовсе перебрался в эту деревянную церковь, приходу которой к тому времени было уже больше 500 лет. Стал настоятелем.

Отец Валерий, словно перебирая в памяти события последних 11 лет (именно столько они уже на Псковщине), стал рассказывать о чудесах, что сопровождали и продолжают сопровождать его в вере.


Привез как-то врач-психиатр из Санкт-Петербурга на Гаврилову Гору к отцу Валерию друга своего, чтобы тот взялся его покрестить.

- У меня 12 свидетелей есть, так что не говорите, что я выдумываю или спятил, - улыбается отец Валерий. – В самом начале обряда (когда изгоняются злые духи) мужчину как начало крутить. Он и на колени падал, и рычал на меня, и сознание терял. Двое взрослых мужчин (один – спортсмен) с трудом его удержали. Когда обряд завершился, я спрашиваю: «А чего это ты на меня, Сережа, рычал?» А он мне: «Когда? Разве?» Ну, говорю, значит, мне показалось. У него глаза подобрели, взгляд изменился. Потом как ребенок бегал по лесу, подснежники собирал, нам сюда принес букетик. Это из него тогда бесы выходили…

- Все хорошо у меня. Все хорошо. Вот только прихожан с каждым годом все меньше и меньше. По пальцам в праздники пересчитать можно.

Нет прихожан, а значит, и нет поддержки. Нет средств на ремонт, на восстановление.

Предлагали отцу Валерию другой приход. Отказался…

Многие из Северной столицы сюда приезжают (кто на перекладных, кто на своей машине) именно к нему. Даже дорога долгая не пугает. По сарафанному радио люди друг другу информацию о необычном храме передают. Бывало, даже привозили детей своих от наркомании излечивать. Поживут недельку-другую в обветшалом «дворце», главное богатство которого - настоящая русская печь, а потом - домой. По хозяйству помогут, вскопают огород. Мама одного из таких (сейчас парень - на Валааме) до сих пор письма пишет. Мол, спасибо, батюшка, спас сына. А он с улыбкой отвечает: «Да разве ж я это. Это Господь!»


- А у нас ведь икона мироточит, - словно вспомнил вдруг батюшка. – Хотите посмотреть? – и тут же отправился к алтарю за святым образом Николая Чудотворца.

Бережно закрепив икону на подставке, отец Валерий рассказал, что обнаружил это, однажды зайдя за алтарь. На святом образе действительно в нескольких местах проступило миро. Есть еще две иконы, где проступило миро, но они слишком большие, из алтаря одному не вынести.

- Чудо… - в очередной раз произнес батюшка.

Вскоре «КурьерЪ», впечатленный мироточивой иконой, уже держал в руках послания из одного из монастырей греческого Афона. Молодой монах, родом из этих мест, писал родным на Псковщину. В конце письма стояла дата – 1897 год… Письма со временем, конечно же, пожелтели, но плотная бумага с фотографией монастыря на первом листе исправно хранит свою историю. Аккуратно выведенные буквы читаются без какого-либо труда. Местная прихожанка принесла эти письма в дар церкви.

Показал «Курьеру» отец Валерий и икону, которую храму также подарили местные. Долгое время она пролежала у них на чердаке и почернела до такой степени, что изображение было не распознать. Батюшка поблагодарил прихожан и поставил дар на окно. И – чудо! Со временем икона 12 праздников посветлела, изображение на ней словно ожило. Сейчас темные пятна – лишь по краям. Снова – чудо!

Вообще, все наше многочасовое общение с батюшкой можно свести к упоминанию им о тех или иных чудесах. Они для него – всюду. Чудо, что во время войны немцы не разрушили храм… Чудо, что даже взламывать его они не стали после того, как монашка не отдала им ключ… Чудо, что уникальный храм стоит до сих пор, несмотря на отсутствие капитального ремонта… Чудо, что люди несут в дар храму древние иконы, кресты... Чудо, что приход все еще существует… Чудо, что батюшка служит здесь... Чудо, что скворушка Чики-Чики каждое утро у иконы Божьей Матери в доме чирикает на разные лады...

Чудеса Гавриловой Горы не обошли стороной и «КурьерЪ». Чудом показалось нам то, что говорят про батюшку местные жители... То, что инвалид второй группы по спине, батюшка Валерий зимой разгребает у храма тонны снега... То, что живут батюшка с матушкой в глуши и ни на что не жалуются.

- Старец Николай с Залита мне как-то сказал: «Там где просто, там ангелов со сто»... - вспомнил отец Валерий. - Потому нам здесь так хорошо...


На прощание отец Валерий и матушка Галина рассказали нам, что помимо древних писем из Афона, сохранилась у них и переписка с чиновниками разных мастей. На все письма в какие бы то ни было инстанции по поводу поддержки памятника федерального значения храма Николая Чудотворца в Гавриловой Горе, им приходили не ответы, а сплошной «футбол». Один из таких «футболов» (от главы Стругокрасненского района) батюшка даже разметил на церковном крыльце. Мол, денег, как и леса, в распоряжении районной администрации нет. Да и помощь памятнику федерального значения не в компетенции властей района… Правда, и федеральные власти помочь памятнику торопиться не хотят. Ответы от президента, как и от полпреда в Северо-Западном федеральном округе, показали, что до Гавриловой Горы чиновничья помощь вряд ли доберется… Хотя, может, и здесь произойдет чудо?..